major_colville

Ф.Инголл. "Последний из Бенгальских улан". Глава 10. Отпуск, развлечения и поло.

Глава 10. Отпуск, развлечения и поло.

Армия фактически «собирала вещички» на время Рождественского сезона; все получали десятидневный отпуск и отправлялись веселиться. В те времена получить увольнение  было легко. Помимо случайного «десятидневника», офицер индийской армии имел право на двухмесячный отпуск на полном жалованье ежегодно  и на восьмимесячный - каждый третий год. 

Отдых на лайнере "Виктория", 1930е гг.

«Длительный отпуск», как мы его называли, предоставлялся только офицерам регулярной Индийской армии, чтобы поддерживать связь с родиной и компенсировать «суровые условия индийского климата». Действительно, почти все проводили свой долгий отпуск в Англии, в том числе и потому, что правительство оплачивало стоимость проезда. При поступлении офицера, открывался особый «проездной счет» в несколько сотен фунтов, на время всей службы в армии. Был выбор: плыть первым классом и потратить счет  за три-четыре поездки домой, или ездить вторым классом, и растянуть этот фонд на более длительный период. В 1930-е годы итальянцы пустили прекрасный корабль на рейс Бомбей-Италия, MV «Виктория»*, у него был класс под названием secondа economicа; умеренный по цене и с хорошими условиями, многие выбирали именно его.

Лайнер "Виктория", 1930е гг.
Схема рейсов "Виктории".

Ежегодный двухмесячный отпуск должен был проводиться в Индии. Однако это не напрягало, так как всегда было  много дел, мест для посещения и людей для встреч. В жаркую погоду можно было отправиться отдохнуть в горы, в такие места, как Кашмир, где можно было ловить рыбу,  или играть в гольф на двух красивых горных полях для гольфа Гумарга (видимо опечатка, есть горный курорт Гульмарг), или поехать в Шимлу или на другую базу отдыха  в предгорьях Гималаев. Леди, в частности, обычно наслаждались Кашмиром, вдали от жары равнин. Фактически, и сами леди были одним из главных развлечений горных курортов, хотя, если молодой офицер слишком много ухаживал за ними, его бы обвинили в том, что он «пудель»! («ловелас», «дамский угодник» на жаргоне. м.К.)

Можно было получать десятидневный отпуск несколько раз в год, но только не во время полковых или бригадных учений; и, отдельной вишенкой на торт, можно было просить трехдневную увольнительную в любое время. Естественно, были ограничения; командование не одобряло частые неограниченные отпуска, и должен был быть «резон», причина. «Пудельные» дела таковой не считались, а вот игра за полковую команду в поло была одной из лучших «уважительных причин». 

На Рождество в гарнизоне оставлялась ​​ небольшая дежурная партия, а все  остальные получали десять дней выходных. «Десятидневка» могла  начаться в субботу, но отсчитываться с понедельника, так как суббота и воскресенье были выходными; четверг тоже был выходным днем в Индийской армии, потому что королева Виктория объявила себя императрицей Индии в четверг - так что только понедельник, вторник, среда и пятница были полными рабочими днями. Однако, как ни странно, мы работали, и очень тяжело.

Те, кто оставался в лагере, я так понимаю, тоже не скучали и у них была "своя атмосфера". Горцы Легкой пехоты несут офицера на праздничный новогодний ужин, 1930е гг.

Одной из главных прелестей Рождества в Сиалкоте была близость Лахора, а в Лахоре было чем заняться, от английских магазинов до турниров по поло. К тому же зимой погода была прекрасная и холодная.

На севере Индии климат терпимый с конца сентября по март-апрель,  фактически полгода погода великолепна, скорее, как в центральной Калифорнии. Теплое солнце днем, но к вечеру было достаточно прохладно, чтобы разжечь открытый огонь (во дворике, в камине? м.К).  Летом, однако, было воистину очень жарко, а у нас не было ни кондиционеров, ни холодильников, чтобы облегчить наши страдания. В большинстве домов был «ледяной ящик», выложенный свинцом, c блоком льда внутри; он привозился ежедневно с ледяной фабрики на базаре, обычно поваром на велосипеде. Ледяной ящик помогал сохранять мясо или масло свежим некоторое время. Масло, кстати, обычно было маслом буйвола: белое, с высоким содержанием  жира, прилипающее к нёбу вашего рта, не очень аппетитное. На некоторых крупных военных базах были свои собственные молочные заводы, производящие приличное молоко и масло, но если вы были в небольшом гарнизоне, вам приходилось  жить «на подножном корму». Мясо было, в основном,  куриным или козьим, в изобилии были яйца, но лишь немногие речные рыбы северной Индии были пригодны для употребления в пищу. В зимний период  дела значительно улучшались, если у вас были европейские овощи, выращенные собственным садовником. Короче говоря, пища была простой, но адекватной.

В Лахоре, столице Пенджаба, было большое гражданское население, а также военный городок. В дополнение к судам и правительственным учреждениям располагался Пенджабский университет и многие другие колледжи и школы. Там было два отличных клуба, «Пенджаб» и «Джимхана» (джимхана – общее название в Индии для спортивных клубов. В Лахоре основан в 1878г. - гольф, теннис, бассейны, сквош, крикет, бильярд, спортзал. м.К.), а также два хороших отеля – «Фалетти`c» и «Неду`с». 

Отель в 1920-30е гг.

Старик Неду** был еще жив в те дни, и его отель был таким же старым, как и он, - очень викторианским. Мы, бедные солдаты, полагали,  что отели стоят слишком  дорого, чтобы останавливаться в них, но там было удобно собраться на пирушку или вечеринку.

Главной улицей Лахора был Молл. (сейчас это обычно переводится как торговый центр, но тут по контексту другой смысл - проспект, центральная улица и тп. м.К.)  В каждом местечке был свой молл, своего рода изысканная улица, но Лахорский  был особенно хорош. Почти сто футов в ширину, он протянулся на  мили через Гражданские Линии - гражданскую часть города - и по всей длине были посажены ряды величественных платановых деревьев. С одной стороны была беговая дорожка, покрытая танбарком - мелкой древесной корой, и можно было кататься на лошади, никогда не пересекая «тармак» (асфальтобетон). Каждую зиму Департамент общественных работ подавал новый танбарк, чтобы дорожка всегда выглядела аккуратной и ухоженной.

В центре Гражданских линий, окружающих Молл, был великолепный особняк: Дом правительства, где жил Его превосходительство губернатор Пенджаба. В верхней части молла  находилось несколько английских магазинов; у них не было филиалов на отдаленных базах, поэтому за покупками приезжали обычно в Лахор. Там были  галантерея, ювелирный, портной и прекрасная кондитерская-кофейня под названием «Лоранг`с». Мистер Лоранг был швейцарцем и продавал вкусные пирожные, кофе и чай; здесь можно было посидеть и наблюдать, как кипит жизнь на проспекте Молл. 

Тонга на фоне редакции "Гражданской и военной газеты". В ней в свое время работал Редьярд Киплинг.

В те дни легковых автомобилей было мало и ездили редко; большая часть потока состояла ​​из тонг, местных пони и двуколок, или велосипедов. Улицы также были переполнены пешеходами: от разноцветных кули, несущих грузы на голове, до элегантных иностранцев, прогуливающимся со своими дамами. Это был калейдоскоп красок.

Свадьба в Лахоре, 1930е. Взято отсюда http://lahore.city-history.com/blogs/Lahore-Memories---Life-in-Lahore---1930s/

Как и другие большие города на севере Индии, такие как Дели и Пешавар, Лахор каждую зиму наводняли  те, кого грубовато звали «рыболовным флотом»: молодые леди, приехавшие из Англии, в поисках мужа. Они проводили сезон в одном из крупных центров, принимая участие в каждом общественном событии, и во многих случаях действительно находили подходящих молодых людей для вступления в брак. Социальная жизнь Лахора была особенно оживленной, со множеством вечеринок и танцев. Большие танцы обычно проводились в клубе Джимхана, где был огромный бальный зал; на одном конце зала, напротив оркестра, были две величественные лестницы, ведущие к галерее, с которой можно было смотреть на великолепное красочное зрелище дам в вечерних платьях и офицеров в разнообразных вицмундирах.

Одним из самых популярных видов деятельности  были скачки. В Лахоре был большой ипподром с претенциозной трибуной, и всю зиму регулярно происходили встречи, организованные Королевским Калькуттским конным клубом. Ряд молодых офицеров держали скаковых лошадей и участвовали на них в скачках без препятствий, хотя их начальство и хмурилось: «Джонс из 99-го***? Да-да, я его знаю - скаковая свинья!».  Как ни странно, однако, считалось вполне приемлемым владеть и выступать на лошадях в стипль-чезе (с препятствиями), проводимом по правилам джимханы. Я сам принимал участие в ряде таких скачек и имел своего собственного коня Игерхарта. Австралийский скакун, он выиграл много призов, и стал очень известным; я также ездил на нем, играя в поло, или отправляясь на парад. Его портрет, написанный Сьюзан Террот, моей первой женой, показан на странице с посвящением. 

«Посвящается Игерхарту и всем храбрым кавалерийским лошадям» – так начинается книга Инголла.

Главным событием большой Рождественской недели была скачка на Кубок губернатора, которая привлекла некоторых из лучших наездников. Такая же живописная, как Аскот (самые знаменитые скачки в Англии с XVIII века), это было отличное зрелище. Губернатор Пенджаба открыл скачку в карете, запряженной верблюдами, в сопровождении эскадрона кавалерии. У меня когда-то была привилегия командовать этим эскортом; Открытие было превосходно, когда мы проезжали мимо рядов тысяч индийцев с базаров, и трибун с элегантно одетыми леди и джентльменами.

Фотография из книги Инголла. Губернатор открывает скачку, 1934г. Во главе эскорта, по идее, автор.
И карета с верблюдами крупным планом, из интернета.

Другим типично британским занятием была охота, в Лахоре даже была своя свора гончих. Обычно они собирались рано утром в воскресенье около 5 часов утра, прежде чем жаркое солнце могло уничтожить запах. Однако охота была скорее второсортной – на шакала, у которого не было ни  мужества, ни выносливости английской красной лисицы.

Гораздо лучше на мой вкус была игра в поло.В большинстве кавалерийских полков в Индии поло занимало второе место после военной подготовки. Все офицеры занимались практикой и изучением стратегии игры, а также дрессировали пони.

Хотя, и менее известное, и понятное вне конских кругов, поло - захватывающая игра для игроков и зрителей. Поле 300 на 200 ярдов, огромное пространство (как 5-6 футбольных полей. м.К.), на котором две противостоящие команды из четырех игроков каждая мчатся галопом,  и крутятся, и поворачиваются на полной скорости. В наши дни воротами были легкие ажурные бамбуковые планки, покрытые красной и белой тканью, легко падающие, на случай если бы пони и всадник врезались в них. Расстояние между стойками ворот было узким, всего двенадцать футов, что требовало большой точности, особенно если один игрок «выбивался» (толкался)  другим.

Это игра могла быть очень агрессивной, и между командами в Индии было большое соперничество. К сожалению, только два из трех кавалерийских полков бригады были расположены поблизости в Сиалкоте; третий был почти в двухстах милях в Джаландхаре. Однако в Сиалкоте находились другие подразделения бригады - батарея конной артиллерии, взвод  саперов и минеров, и несколько пехотных батальонов, и многие из офицеров были хорошо подготовлены, поэтому Сиалкот был живым центром поло.

Все турниры проводились в духе высокой конкуренции, кульминацией которой были чемпионаты Индийской кавалерии и Межполковой. Последний включал как британские, так и индийские кавалерийские команды, тогда как первый был только для индийских полков армии. Чемпионат Индийской кавалерии проводился в Лахоре во время весеннего фестиваля, это было огромное "лошадиное событие" в военных кругах.

В Индии поля для поло красиво поддерживались, с аккуратно подстриженным, упругим дерном, часто в центре местного ипподрома - как в Лахоре; на самом деле в середине ипподрома Лахора было целых четыре поля, поэтому именно здесь проходили все крупные турниры. На Рождество проводились два турнира: турнир с четырьмя чаккерами (период по 7,5 минут) для команд с низким гандикапом и турнир с шестью чаккерами  для безлимитного гандикапа под  названием Пенджабский кубок вызова. Это привлекло не только команды полков и штатов Индии, но и частные спортивные команды. Я много раз играл на этих  турнирах, как за 6й уланский, так и за команду конского ремонта с названием «Дикие гуси».

В целом, Сиалкот зимой был восхитительным местом с множеством балов, вечеринок и общественных мероприятий. Я быстро начал понимать, почему мне пришлось покупать так много видов формы для службы в Индии, а также, почему социальный этикет был включен в учебную программу в Сандхерсте.


Лайнер "Виктория", 1931г. Холст, масло, худ. Паоло Клодик.

*Лайнер "Виктория" был спущен на воду в 1931г. и считался одним из самых комфортабельных и быстроходных судов в мире на тот момент. "Белая стрела", "Голубь Востока", "Корабль магарадж" — как только его не называли. Первый рейс лайнер совершил в 1931г. 

Бар 2го класса "Виктории", 1930е. Бар, девушки - что еще надо для счастья после пары лет на Границе, где жара сменяет ледяной ветер, под выстрелами афридиев, вазиров, тори-хелей и еще бог знает кого...

В годы ВМВ стал войсковым транспортом и потоплен британской авиацией в 1942г. Много картинок, схем и фотографий и 1го, и 2го класса, и украшений, и внешнего облика корабля в разные годы здесь.

** Не ясно кого имеет в виду Инголл, если самого основателя гостиничного бизнеса в Лахоре и Кашмире М.А. Неду, прибывшего из Дубровника, и построившего первый отель в 1880г., то он к 1930-м гг. уже умер. 

*** Что характерно,к вопросу о традициях, - 99го полка уже не было ни в британской, ни в индийской армии, но по привычке называли часто по старым отмененным номерам, иногда даже батальоны внутри нового полка.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened