major_colville

Categories:

Об обрезанных цитатах.

Решающую роль в подавлении декабристского выступления сыграла, как известно, артиллерия, воистину «последний довод королей». История довольно известная- и про перерезанные постромки, задержавшие ее прибытие, и то, что орудия только чудом не захватили пробегавшие мимо лейб-гренадеры, и про отсутствие зарядов, для чего пришлось ехать за 5 верст на извозчиках, и, наконец, колебание при получении приказа открыть огонь. Вот об этой последней, самой короткой, но драматической, заминке и поговорим.

Нижние чины Лейб-Гвардии 1й Артиллерийской бригады, 1820е.

Вот как описывается этот момент в статье Л.Б. Добринской «На пьедестале площади…» 1989г.

«На башне Адмиралтейства пробило четыре часа пополудни... Император отдал приказ стрелять. Пушки зарядили картечью. Наводил орудия полковник (командир Лейб-Гвардии 1й артиллерийской бригады Авив (Авим?) Васильевич) Нестеровский. Все замерло. «Любознательный» флигель-адъютант Дурново, бывший в свите императора, вспоминал, что поспешил «поместиться таким образом, чтобы лучше судить об эффекте, производимом пушками».

Николай сам скомандовал: «Пальба орудиями по порядку, правый фланг, начинай, первая, пли!..» Но выстрела не последовало, фейерверкер с фитилем начал креститься, обращаясь к офицеру: «Свои, ваше благородие...» Царь снова выкрикнул: «Первая!» Поручик Бакунин выхватил фитиль у солдата... Пушки грянули».

А вот отрывок из прекрасной монографии «Мятеж реформаторов» Я.А.Гордина, подробно и чуть ли не поминутно описывающей события 14 декабря 1825г.  

«Николай дважды принимался командовать и дважды отменял команду. Наконец он скомандовал, повернул коня и поехал к дворцу.

Но выстрела не было. Солдат у правофлангового орудия с ужасом смотрел на Бакунина: «Свои, ваше благородие...» Бакунин соскочил с коня и выхватил у него пальник. Началась пальба орудиями по порядку». 

Первоисточником подобных описаний явно выступает письмо, написанное А.И. Философовым - в 1825г. поручик, бригадный адъютант. Участник всех войн николаевской эпохи (из необычного- поучаствовал во французской экспедиции в Алжир), дослужился до генерала от артиллерии, был воспитателем царских детей. Письмо написано примерно в 1848-53гг.

«Ежели вы действительно желаете передать потомству подробное описание событий 14 декабря 1825 г., то поместите и следующую черту, ярко обрисовывающую образ мыслей и пылкий и решительный нрав покойного нашего товарища и друга Ильи Бакунина.

Когда заряды были привезены, орудия заряжены и о сем государю, стоявшему у угла забора Исаакиевской церкви, донесено, его величество послал Сухозанета объявить мятежникам, чтобы они покорились. Залп из ружей проводил генерала, который с сим ответом явился к государю без султана на шляпе. Выслушав его, государь звонким своим голосом прокомандовал:

Пальба орудиями по порядку; правый фланг, начинай! Первая!

Команда эта, повторяемая всеми начальниками, наконец выговорена была и Бакуниным, но слово: «Отставь!», прокомандованное государем, остановило выстрел. Чрез несколько секунд государь опять прокомандовал пальбу, и опять: «Отставь!» — остановило оную. Наконец в третий раз его величество, убежденный в необходимости этой жестокой меры, прокомандовал опять и, сказав слово: «Первая!», поскакал ко дворцу.

Третий раз повторенная Бакуниным команда оставалась без исполнения. Пальник, два раза слышавший отказ, не спешил выполнить команду банника: «Пли!» Бакунин заметил или ожидал это, он мгновенно соскочил с лошади, бросился к пальнику и сказал:

Что ты не стреляешь?

Ответ вполголоса:

Свои, ваше благородие.

Ежели бы я стоял перед дулом, то и тогда не должен бы ты был останавливаться! — закричал ему Бакунин.

Выстрел тотчас последовал, за ним второй, третий, так поспешно один за другим, что едва на седьмом выстреле канониры наши расслушали дробь для прекращения пальбы, с третьего выстрела уже раздававшуюся, и то тогда, когда мы все офицеры, на батарее бывшие, бросились их останавливать».

Как видим ключевые слова «Свои, ваше благородие» есть, но общий контекст немного другой, да и для пущего эффекта были добавлены «ужас», «начал креститься», «выхватил пальник», либо наоборот сокращены подробности - убраны сомнения самого императора. 

В результате картина предстает несколько иной. Солдат колеблется не только из-за братоубийственного приказа, но думает (надеется, опасается…), что его отменят снова. Колеблется и, возможно, действительно ужасается, но разве не колебался так же сейчас на глазах у всех и сам царь? (не колеблется Николай лишь в своих воспоминаниях - «я приказал «пали» и все, дальше он описывает эффект от выстрелов и бегство «мятежников», хотя многие отмечали крайнее волнение, колебания, а некоторым показался заметным и страх царя. Кстати Бакунина он называет по ошибке штабс-капитаном) .

Забавно, что как советские историки впоследствии «выгораживали» простых солдат из «народа», так и царские генералы стремились всю вину возложить исключительно на декабристов-дворян. Начальник артиллерии Гвардейского корпуса Сухозанет в своих воспоминаниях пишет, что перья султана ему срезало выстрелами из пистолетов, однако его опровергает Корф: «По нем пущен был беглый огонь из ружей, от которого за батареей Бакунина и на бульваре были раненые, ибо я ясно слышал крики болезненные и видел одного с оторванным ухом». 

Так же Корф уточняет и количество выстрелов - из трех орудий картечи две очереди (то есть 6 выстрелов). Потом по дроби два орудия перестали стрелять, а третье пустило 2-3 ядра в сторону Галерной по личному приказу генерала Толя (он же и наводил). Четвертое орудие, стоящее отдельно, выстрелило 2 раза. Затем Сухозанет выдвинул орудия к набережной и стал бить по льду Невы, ломая его под отступающими московцами М.Бестужева…

Характерно, что автор письма приводит данный случай как пример «пылкого и решительного нрава» Ильи Модестовича Бакунина. Будучи в 1825г. поручиком, а на Сенатской площади временно командующим Легкой №1 ротой Лейб-Гвардии 1й артиллерийской бригады, Бакунин сделал впоследствии неплохую карьеру: участвовал в русско-турецкой войне 1828-29гг и Польской кампании 1830-31гг., дослужился до генерал-майора и погиб в 1841г на Кавказе в бою против Хаджи-Мурата (того самого, из Толстого).  


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened