Category:

"Стринги" на военной службе-1.

Мы уже сталкивались с весьма необычными и зачастую даже непонятными для современного человека элементами униформы и снаряжения. Настала очередь разобраться с т.н. «стринг вестом», сетчатой майкой, окутанной мифами, и, по понятным причинам, довольно редко встречающейся на фотографиях. 

И сказал Рагнар Лодброк:«Я хочу, чтобы пришла она ни одетая, ни раздетая; ни сытая, ни голодная; ни одна, ни со спутником». И одела Аслауг, она же Крака, дочь Зигфрида и Брунгильды, на себя рыболовную сеть для форели… 

Так гласит скандинавская легенда. Есть похожие сюжеты и в русских сказках, а также упоминания, что норвежские и шведские рыбаки действительно обматывались рыбацкими сетями чтобы согреться. Поразительным образом майка в виде сплетённой сетки пережила второе рождение в огне Второй мировой войны, а после нее долгое время считалась полезной и модной спортивной «одеждой здоровья». 

От легенд к ХХ веку.

Общим моментом является упоминание в качестве изобретателя данной майки норвежского офицера Брюна. Не будем изменять традиции, хотя у меня лично сложилось впечатление, что в годы войны его никто не знал, а в британской армии сетка появилась либо как анонимное заимствование после боев под Нарвиком, либо вовсе под влиянием собственного полярного опыта, но об этом поговорим позднее. Информации об этом человеке так же крайне немного, она обрывочна и часто не достоверна. После долгих поисков удалось найти немного на норвежском, поэтому на истину в последней инстанции не претендую, но общая канва событий, как мне кажется, становится ясной и непротиворечивой. 

Хенрик Натвиг Брюн родился в Осло 12 апреля 1897 года. Его отец был дантистом, семья имела дом в Увдале. Хенрик учился в военной школе, в 1921г он выкупил ферму у своего отца за 12 тыс. крон и женился. Занимаясь сельским трудом на природе, в горах, он много думал. Результатом стал ряд изобретений и идей, самые революционные из которых лежали в области нижнего белья. 

Солдат резко  меняет деятельность - сейчас ты бежишь, а потом надо залечь в снег, или долго стоять на посту, стрелять. Потеешь, одежда мокнет, потом мерзнешь, теряешь силы. Нужно хорошее и продуманное снаряжение, чтобы переносить все это, одной воли к победе мало, чтобы справиться с замерзанием – рассуждал Брюн. И решением, по его мнению, был бы сетчатый вязаный жилет. Норвежские рыбаки издавна носили сети на теле, спасаясь от холода. Бринья – кольчуга, даже звучит по-викинговски!. 

Газетные вырезки о его экспериментах, записи и один из образцов.

Брюн не был «гением одной ночи», которого озарила случайная эврика или хитрым дельцом, просто запатентовавшим древний народный рецепт, чтобы получить выгодный контракт. Нет, он был искренне одержим своей идеей - носил сетку сам (в том числе даже сетчатые трусы) и советовал другим, путешествовал и наблюдал за солдатами на учениях, экспериментировал с материалами, диаметром шнуров и ячеек и т.д. (потратив на оплату труда местных женщин больше 1000 крон), собирал отзывы от других, записывал условия и результаты своих экспериментов – так что имеет полное право называться изобретателем этого необычного предмета одежды. 

Очередной поход.

Брюн активно и много путешествовал, совершая многокилометровые марш-броски и восхождения в горах Норвегии и Гренландии, помимо сетки-бриньи, экспериментируя и усовершенствуя лыжи, снаряжение и тд. Солдаты прозвали его «Железным Хенриком», а те, кто попадал под вспышки его гнева «безумным Хенриком».

К концу 1920х у него накопилось достаточно материала, чтобы быть замеченным на официальном уровне. Три зимы в 1930-32гг. Брюн работал в Королевской гвардии его величества над зимней экипировкой в соответствии со своими принципами и идеями - от униформы и обуви до другого снаряжения, такого как лопаты для снега, лыжи, топоры, полевые фляги и лопаты, кухонные принадлежности. Тщательной проверке подвергались и изобретения, и использовавшие их солдаты. Он мечтал о мобильной пехоте, с высокой боевой мощью и возможностями. Многодневные марш-броски в мороз по сугробам и горам стали нормой, выносливость гвардейцев повышалась, число простуд – сокращалось, причину этого Брюн видел в правильно подобранном снаряжении. 

Капитан Брюн со своими солдатами, 1930е гг.

В 1933г. он прочитал лекцию в военном обществе Осло о своих работах и встретился с кронпинцем Улафом, который спросил, правда ли его зовут «железным» за участие в этих экстремальных полевых выходах. Брюн скромно отвечал, что да, но в Увдале он больше известен как «черный Хенрик». Что же касается бриньи – то из-за бедности бюджета она не была принята на вооружение армии, хотя и введена в военных школах, и для офицеров, а также отмечен большой вклад капитана Брюна в ее разработку. 

Во второй половине 1930х Брюн продолжает свои путешествия и изобретения. Начинается коммерческое производство. Помимо сетки для сельской местности, появляется вариант для повседневного городского ношения. В марте  1940г. бриньи были впервые розданы целому подразделению – около 600 штук в полку полевой артиллерии. Сохранились отзывы: «вентиляционные и изоляционные свойства полностью соответствуют обещаниям рекламы», капитан Эгерс.

«Солдатам удавалось согреться даже в самые сильные морозы (- 30). Причиной этого было то, что солдатам помимо одежды выдали «бриньи» (модели Брюна). Они использовалось всеми солдатами, и все были довольны», командир 3й батареи капитан Смит.

«Парням очень понравились розданные «кольчуги»», командир 4й батареи капитан Хеллум.

Сетки пользовались популярностью в финскую войну 1939-40гг, и во время Норвежской кампании 1940г.

Брюн в 1936 и 1941гг. Хорошо видно, что он носит сетку под верхней одеждой.

В боях за Нарвик участвовал и сам капитан Брюн, командовавший с января 1940г. 7й ротой 15го пехотного полка 6й (Нарвикской ) дивизии. Его подчиненные позже отмечали, что он активно принялся готовить солдат из бывших рыбаков и мелких фермеров Офотена и Вестеролена, за свой счет покупал дополнительное снаряжение, подавал всем личный пример и был офицером редкой храбрости и хладнокровия. Под его командованием рота хорошо сражалась и потеряла 15 человек, многие считали, что именно его подготовка спасла немало жизней. Рота якобы считалась одной из лучших и боевых (первая вступила в бой, и была последней норвежской частью, стрелявшей по солдатам Дитля), а сам Брюн временно назначался командиром батальона. Впрочем, последнее может быть традиционными  для биографий, написанных после времени, преувеличениеми. Сам Брюн отмечал, что эти недели, проведенные на фронте со своими солдатами, были самыми счастливыми в его жизни, как в детстве. «Некоторые из них настоящие герои, простые, но надежные парни» - писал он, и был очень разочарован тем, что им не дали наград. 

Брюн в 1916г. и после демобилизации в 1940г.

Однако, как известно, союзники проиграли в Норвегии. Брюн, как и многие офицеры, воспринял это очень тяжело. В предвоенные годы большинство населения Норвегии придерживалось позиции нейтралитета и пацифизма. При этом большей угрозой считался большевизм, а не гитлеровский нацизм. (Тот же Брюн хотел поехать добровольцем в Финляндию, но его не отпустили) Так же было распространено наивное убеждение, что Норвегия не только способна оградить свой нейтралитет, но и отстоять «свободу и независимость». С началом ВМВ нейтралитет Норвегии нарушался с обеих сторон, что вызывало раздражение. Союзники многим казались не лучше Германии. Брюн, как ярый патриот Норвегии и «сторонник сильной защиты», с раздражением писал: «иностранные войска в Норвегии будут нашими союзниками. С одними мы будем драться, с другими нет. Что же это за нейтралитет?!» Позже он говорил: «Сколько дерьма в нашей стране. Квислинг, правительство, парламент, пресса, командование и т. д. Разве мы не должны рассматривать воинскую службу как основу для норвежского духовного развития?!»

Даже прямое нападение Германии на Норвегию было воспринято некоторыми не однозначно. Указывалось, что Британия и Франция сами хотели вторгнуться; что они не смогли защитить норвежцев, хотя пообещали; что они предали и использовали их. А гитлеровская пропаганда умело играла на этих настроениях. Здесь мы подходим к падению нашего героя, совершившему самую большую ошибку в своей жизни. 

Бегство короля и правительства, по его мнению, стало предательством и освобождало от присяги и каких-либо обязательств. Раздражение и разочарование слабостью армии и государства толкнуло его записаться в Норвежский легион. Впрочем, со своим характером, он не задержался и здесь. Брюн, да и многие другие, несколько наивно отнеслись к своей «сделке с дьяволом», не правильно понимая уготованную им роль. Норвежцы хотели быть отдельной частью, а не под немецким командованием, сражаться в Финляндии, возмущались заменой своей формы на немецкую и вообще рассматривали себя как каркас будущей норвежской армии. На фоне таких настроений немцы вскоре уволили их первого командира майора Кельструпа и ряд офицеров, заменив их на более лояльных. Был выгнан и Брюн. Ему не понравилось, что в Германии первых добровольцев формирующегося легиона держали 5 недель без оружия, как военнопленных. Однажды он сказал немецкому офицеру, что они пришли с открытыми сердцами и протянутой рукой, а вы плюнули в нее. В результате еще до конца 1941г он вернулся в Увдален. 

Здесь он вел жизнь простого фермера и домохозяина до конца войны. Несколько раз его вызывали на допросы. Росло движение Сопротивления, немцы устраивали карательные рейды. Как местному жителю окрестности были знакомы ему как свои пять пальцев, да и в деревне все всех знают – а в Увдале были члены Сопротивления – но никого не выдал.

После войны его обвинили в измене. Против Брюна была служба (хотя недолгая и в тылу) в легионе. В оправдание ему зачли предвоенные заслуги, героизм при Нарвике и его письмо Квислингу и Тербовену с призывом подчиниться королю, парламенту и законной власти. Показания бывших солдат также были благожелательными, дескать, он ошибочно сочувствовал германскому народу, но не нацизму, честно выполнял свой долг перед страной в 1940г., считал легион просто новой норвежской армией и тп.

Ему дали 3 года принудительных работ на лесопилке, за минусом 357 дней предварительного заключения, и поразили в правах. Десять лет нельзя было голосовать, служить в армии, вести бизнес, публичную рекламу. Брюн тяжело переносил и наказание, и надвигающуюся старость. Хотел переехать в понравившийся ему Хельгеланн в северной Норвегии, но жена была против. 

Зато в этот период были налажены  связи с фирмой «Бринье», заплатившей ему за 30летние труды 2000 крон. У меня сложилось впечатление, что именно благодаря ей его имя не кануло в Лету окончательно, да и деньги в бедной послевоенной Норвегии были не лишними. Фирма, несмотря на сложности (конкуренция, распродажа по дешевке военных запасов, да и сам «секрет» сетки после массового использования на войне уже был общеизвестен), смогла организовать удачную рекламу, включая контракты со спортсменами, покорителями Эвереста и т.д., отстоять в суде эксклюзивное право использовать термин «бринье», наладить производство различных моделей. 

Завод "Бринье" в Ларвике и логотипы в узнаваемом "викинговском" стиле.

Им удалось сделать сетку модной и популярной в послевоенные годы. Так как они имели контакты с Брюном, то отблески их славы и успеха не дают забыть и о его первоначальном вкладе в изобретение. Но в целом информации о нем крайне мало из-за его неправильной позиции во время войны. Хенрик Натвиг Брюн умер в феврале 1990г. 

История популярной в 50-60е годы сетчатой одежды выходит за рамки интересующей нас военной униформологии. О применении же «стринг вестов» в армии, принципе действия и заблуждениях, связанных с ними, поговорим в следующей части.

Фотографии отсюда.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened