major_colville

Category:

Битва за Сарагархи, 1897г. - 3.

Обычно любят делать упор на то, что оборона Сарагархи задержала оракзаев и афридиев, они потеряли время, это спасло главные форты, а сюжет фильма и вовсе построен именно на этом – героическая оборона сорвала планы и вообще это поражение горцев. Но форт Гюлистан был окружен одновременно с постом Сарагархи и стал подвергаться атакам сразу (если даже не раньше) после его падения. Подполковник  Хаутон писал в письме: «после падения Сарагархи захватчики отправились помогать патанам в Гюлистане, оставив несколько тысяч в Сарагархи, перекрыть подходы к Гюлистану. Они атаковали весь день и ночь. На следующее утро положение было критическим». Сарагархи - это яркий героический подвиг, но с военной точки зрения главные события начались только сейчас – осада и атака одного из двух важных укреплений на хребте Самана.

Развалины Сарагархи спустя несколько дней после боя.
Развалины Сарагархи спустя несколько дней после боя.

Уже с утра 12 сенятбря 1897г. отряды  оракзаев и афридиев начали окружать Гюлистан (Каваньяри) и к полудню заняли Самана Сук , Пикетт-Хилл и другие господствующие высоты. Примерно в 4 часа дня, вскоре после падения Сарагархи, они атаковали форт.

Форт Каваньяри (Гюлистан), 1897г.
Форт Каваньяри (Гюлистан), 1897г.

Де Воэ расположил своих людей вдоль оборонительных сооружений и на каждом бастионе в 9 утра. 

Самыми  уязвимыми местами обороны были углы форта, и гарнизон уже видел на печальном примере Сарагархи, к чему это может привести. Майор Де Воэ приказал усилить защиту на угрожающих участках брустверами, специально выделенные часовые наблюдали и прислушивались к попыткам сломать стену в мертвых зонах. 10 бойцов были назначены в особую резервную группу на случай прорыва позиций при штурме или возможной бреши. 

Форт Каваньяри (Гюлистан).
Форт Каваньяри (Гюлистан).

Всю ночь шла непрерывная стрельба без передышки. Утром было замечено, что патаны сумели занять позиции вблизи стен форта по всему периметру, используя каждую складку местности и высоты. За ночь они соорудили каменные укрытия, сангары, -  ближайший всего в 20 ярдах от горнверка, над ними развевались знамена.

Майор решил проявить инициативу и приказал провести вылазку. Хавильдар Кала Сингх со своим отделением (17 человек) вызвался и около 8 утра сипаи осторожно вышли со стороны южной стены и бросились в штыки на засевших у юго-западного угла врагов. Залпы со стен горнверка поддерживали их.

Патаны, однако, быстро сориентировались и огнем прижали сикхов. В этот момент другой хавильдар Сандер Сингх и 11 бойцов, без приказа, перебрались через стены. Оба отряда вместе атаковали и прогнали врага. Было захвачено 3 знамени, но не сразу заметили, что двое раненых остались лежать за стенами. Трое сипаев бросились обратно и вынесли их, в очередной раз подтвердив высокий боевой дух и взаимовыручку сикхского полка. Вылазка произвела впечатление на горцев, которые не решались пойти на общий штурм. Из 29 человек, участвовавших в ней, тем не менее, 14 были ранены (3 из них смертельно), в том числе и Кала Сингх, умерший 15 сентября. 

Тем временем, не переставая, продолжался постоянный обстрел форта. Раненые часто не покидали своих постов, перевязываясь прямо на стенах. Многие не заявляли о своих ранах, пока все не кончилось. Не было даже времени на прием пищи. Де Воэ приказал жестко следить за расходом воды, но ее не хватало, особенно когда стало расти число раненых. Няня детей майора помогала хирургу ухаживать за ними. 

Тем временем генерал Йейтман-Биггс получил донесение об осаде Гюлистана. Он немедленно послал сигнальную партию 3го Бенгальского кавалерийского полка в Доабу известить гарнизон, что помощь придет 14 сентября. Вечером 13 сентября орудия 9й полевой батареи Королевской артиллерии (прикрываемые 5 эскадронами 3го Бенгальского и 3го Пенджабского кавалерийских полков) обстреляли окрестности Гюлистана из долины Миранзай. Это подняло боевой дух осажденных, но осада и угроза штурма сохранялись. Наутро защитники форта вновь увидели толпы оракзаев и афридиев в большом количестве (8-12 тысяч) вокруг форта. Возможно, готовился общий штурм. Но вскоре донеслось эхо орудийных выстрелов, а на высотах Сарагархи стали рваться снаряды.

Подход подкреплений с артиллерией деморализовал племена, и они начали отступать на север, в долину Ханки, и на запад, в сторону Саманы Сук. Гарнизон Гюлистана провожал бегущих меткими залпами со стен. В 13 часов 14 сентября 1897г. спасательный отряд  подошел к форту. 52-часовая осада завершилась.  Что же было накануне?

Вверху слева - Генерал Йейтман-Биггс и его штаб наблюдают стрельбу Деражатской батареи.  Вверху справа - ночной бой гуркхов на хребте Самана. Слева внизу - деблокада форта Гюлистан. Справа внизу - пленные афридии, захваченные у Караппы. У солдат на плечах накладки, чтобы не запачкаться маслом винтовки.
Вверху слева - Генерал Йейтман-Биггс и его штаб наблюдают стрельбу Деражатской батареи. Вверху справа - ночной бой гуркхов на хребте Самана. Слева внизу - деблокада форта Гюлистан. Справа внизу - пленные афридии, захваченные у Караппы. У солдат на плечах накладки, чтобы не запачкаться маслом винтовки.

После ночного марша, утром 14 сентября, генерал с отрядом в 1800 человек и 4 орудиями достиг хребта Самана, заняв Гогру и Дхар. 

Первым сняли осаду с поста Сангара в 8 утра, 44 человека там были невредимы и даже захватили одно знамя горцев. 

К Локхарту подошли в 10 утра, а потом двинулись в сторону Каваньяри (Гюлистана). В состав спасательного отряда вошел и подполковник Хаутон с сикхами 36го полка, это было дело чести прийти самому на помощь своим людям.

Вновь приведем цитаты из его писем жене: «Никакая помощь не могла прийти в Гулистан еще 24 часа, и, конечно, это было страшно тревожное время для нас в форте Локхарт. Невозможно описать, какое это было тревожное время для майора Де Воэ ... Генерал послал полевую батарею вечером 13го числа к подножию холма. Конечно, она не могла подняться, но послала несколько снарядов довольно близко к врагу, что, хотя они и не могли принести большого вреда, имело хороший моральный эффект. Всю ночь я вслушивался с тревогой и был очень благодарен, когда слышал выстрел из Гюлистана. В нас той и прошлой ночью тоже несколько раз стреляли, но это было лишь то, что обычно называют «снайперской стрельбой». 

Однако это имело свой плохой эффект. Я должен был выйти в 3.30 ночи со всеми людьми, что смогу взять, навстречу генералу и обстреливать с тыла врагов, которых он будет атаковать с фронта. Принимая во внимание снайперские партии, и то, что тысячи неприятелей были в Сарагархи, а возможно, еще ближе, и они смогут подойти к форту Локхарт быстрее, чем я, если уйду навстречу генералу, я отказался от этого плана на время.

Однако около 7 часов утра мистер Манн с тридцатью нашими людьми и дюжиной  Королевских ирландцев вышел и спустился на холм ниже Сангара, где смог дать несколько хороших, хотя и на дальнюю дистанцию, залпов по врагам, отступавшим перед генералом. Их сопротивление было невелико, поскольку они слышали пушки. Я не могу сказать, какой ущерб наши залпы им нанесли, так как они были разбросаны по склону холма, но мы видели, как наши пули ложатся среди них и выбивают фонтанчики пыли. 

Про эти пушки (четыре из горной батареи капитана Паркера) (№2 (Деражатской) горной батареи. м.К.), они должны были идти в Куррам с колонной полковника Ричардсона, но когда генерал решил, что они больше понадобятся здесь, чем там, они развернулись и прошли 72 мили за 17 часов. Потом, после дневного отдыха, они выступили с генералом из Хангу в Гюлистан.

Горная батарея в Тирахе, 1897г.
Горная батарея в Тирахе, 1897г.

Что ж, продолжаю: как только враг бежал со своей позиции за Сангаром, генерал сказал, что он должен настойчиво наступать на Гюлистан. 

Итак, мы с нашими немногочисленными людьми побежали в форт Локхарт, вытащили всех, кого  там оставили, и, не спрашивая разрешения, встали во главе сил генерала. Враг был довольно силен в Сангаре (скорее всего опечатка, по контексту и смыслу – «в Сарагархи». м.К.), и мы думали, что они будут сражаться; поэтому, к сожалению, как оказалось позже, генерал решил обстрелять это место перед выдвижением пехоты. Соответственно, неприятель исчез за хребтом. Мы думали, что они будут ждать там, пока наступление нашей пехоты не прекратит артобстрел, а затем выскочат и дадут нам жару. Однако,  когда 36й и 2й пенджабский пехотный вышли на холм, там никого не было.

Бедный Сарагархи был абсолютной грудой камней, но среди руин мы могли различить останки наших бедных парней, разорванных на куски этими извергами.  

Развалины Сарагархи. Главный вход и вид на Локхарт позади.
Развалины Сарагархи. Главный вход и вид на Локхарт позади.
Развалины Сарагархи спустя несколько дней после боя.
Развалины Сарагархи спустя несколько дней после боя.
Развалины Сарагархи (главные ворота) и вид на окрестности в сторону форта Локхарт, 1897г.
Развалины Сарагархи (главные ворота) и вид на окрестности в сторону форта Локхарт, 1897г.

Затем, когда мы вышли за пределы Сарагархи и смогли видеть Гюлистан, мы увидели врагов, густо как горох, окружавших его; но они умчались, как французские куропатки, как только мы показали наши носы на расстоянии полутора миль, и, к сожалению, прошло много времени, прежде чем орудия смогли подняться. Когда они встали, врагов оставалось совсем немного в зоне досягаемости; и хотя пушки открыли довольно точный огонь, я не думаю, что неприятель сильно пострадал. Мы нашли наших людей в Гулистане очень радостными. Генерал несказанно доволен всеми нашими людьми; я думаю, что они сделали все просто великолепно. Миссис Де Воэ восхитительна. У нее была довольно сильная лихорадка, но на утро нашего прибытия температура была нормальная. Она была весьма бодра, и выглядела восхитительно. Тереза (няня) также делала все великолепно, помогала раненым и т.д.

Защитники Гюлистана с трофейными знаменами, 1897г.
Защитники Гюлистана с трофейными знаменами, 1897г.

Печально говорить, но из гарнизона в 121 человек, 41 ранен (не считая раненых раньше), многие неоднократно. Несколько уже умерли, и я боюсь, что многие еще умрут. Доктор Пралл работал как лошадь, даже как табун лошадей. Майор Де Воэ говорит, что мистер Пратт делал все великолепно. Я надеюсь, что он и майор Де Воэ, и доктор Пралл будут хорошо награждены».

На ночь генерал разбил лагерь около Локхарта. К Гюлистану были отправлены сикхи Хаутона и 2й Пенджабский полк с двумя орудиями. 

15 сентября и в последующие дни на Саману были доставлены емкости с водой, починены дороги и телеграфные линии. 16го сентября разведка прошла за Саману Сук в сторону Караппы в долине Ханки. Наблюдения и опросы показывали, что вражеский лашкар рассеялся.

Боевые действия на хребтах Саманы стоили племенам, по тогдашней оценке англичан, около 400 человек убитыми и 600 ранеными, из них при осаде Сарагархи от 180 до 200. Современные статьи приписывают сикхам сигнального поста до 600 убитых. Цифры, на мой взгляд, совершенно нереальные, их подвиг не нуждается в приукрашивании. К тому же, если какие-то тела и были найдены рядом с Сарагархи, то это скорее работа артиллерии 14 сентября. 

36й Сикхский полк потерял 21 человека в Сарагпрхи и 4 при осаде форта Каваньяри (Гюлистан), включая храброго Кала Сингха, руководившего вылазкой. 1 офицер и 39 нижних чинов было ранено. 

После боев на Самане полк имел около месяца отдыха и относительного спокойствия. 17 октября пришел приказ генерала Локхарта о назначении 36го Сикхского полка в состав войск для экспедиции в Тирах. Впрочем, это уже другая история.

Лагерь 36го Сикхского полка, Тирахская экспедиция, 1897г.
Лагерь 36го Сикхского полка, Тирахская экспедиция, 1897г.

© 2017-19 major_colville
Использование любых текстовых материалов данного блога допускается при условии обязательного размещения гиперссылки http://major-colville.livejournal.com


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened