major_colville

Categories:

Гибель Веллингтона и Блюхера.

Коммандос карабкались на борт корабля, готовясь к высадке в Сицилии. Стюард спросил у коренастого, мускулистого капитана как его имя - для офицерской кают-компании. 

-Веллингтон.

- Инициалы, сэр?

- Герцог Веллингтон.

- А теперь серьезно, сэр, шутки в сторону.

-Я серьезно.

Покрасневший стюард прочел: «Капитан Веллингтон, герцог», пока офицер успокаивал его: «Не берите в голову, так много пабов носит мое имя, что я привык к сомнениям». 

Так начиналась статья в газете времен войны, озаглавленная в «лучших» традициях прессы «Мое имя звучит как паб» - сказал герцог Коммандо».

Как вы уже догадались, речь пойдет не о победителях при Ватерлоо, а об их далеких потомках во время Второй мировой войны.

Генри Валериан Джордж Уэлсли, 6й герцог Веллингтон, родился в 1912г. и с рождения носил титул графа Морнингтона, с 1934г. – маркиза Дуро, а после смерти в 1941г. своего отца, 5го герцога Веллингтона, – и все остальные титулы - герцога Веллингтона, князя Ватерлоо, герцога де Сьюдад-Родриго, герцога да Витториа.

Пойдя по стопам предков, он в 1933г. начал службу как резервный младший лейтенант в Колдстримской Гвардии, а с ноября 1935г. перевелся в свой «именной» полк – Герцога Веллингтона (Вест-Райдингский). Во время Второй мировой войны граф Морнингтон вступил в коммандос, продолжая числиться в своем полку, и занял должность заместителя командира, а позже командира 2й роты в №2 коммандо, под командой знаменитого Джека Черчилля, того самого, что десантировался и воевал с мечом-клеймором, луком и волынкой. 

В 1943г. союзники планировали высаживаться в Италии. В описании Джека Черчилля это сначала больше напоминало путешествие «Большого тура» (намек на поездку молодых аристократов по Франции, Италии, Швейцарии и другим европейским странам после окончания учебного заведения):

«Когда после тяжелых сицилийских боев мы отдыхали в Катании, я узнал, что нас собираются бросить на плацдарм в Салерно. Мы и 41й коммандо Королевской морской пехоты плыли к побережью вечером. Это было спокойное и приятное путешествие в довольно цивилизованных условиях. Рэндолф Черчилль, мой брат Том и я попивали портвейн, болтали, разглядывали пейзаж, и Том сказал: «Меня всегда интересовало, как выбираются кодовые названия операций. Почему, например, в разгар лета они называют операцию «Аваланш» («Лавина»)?». Рандолф ответил: «Наверное, имееется в виду лавина высаживающихся Черчиллей».

Офицеры №2 Коммандо в Гибралтаре, 1943г. Веллингтон - третий слева в первом ряду, Д. Черчилль - четвертый. Пятеро из офицеров на снимке погибнут в Салерно.
Офицеры №2 Коммандо в Гибралтаре, 1943г. Веллингтон - третий слева в первом ряду, Д. Черчилль - четвертый. Пятеро из офицеров на снимке погибнут в Салерно.

Первоначальный этап высадки прошел гладко, по крайней мере, для коммандос, но затем начались контратаки немцев и тяжелые бои. Потери росли. 

«…немцы поливали нас огнем из 88-мм орудий с близкого расстояния. Ранним утром 16-го (сентября 1943г.), в мой день рождения, мы отразили мощную контратаку и удержались, правда, потеряли несколько человек убитыми и ранеными. Затем началась вторая контратака, я переживал за 2ю роту, роту Веллингтона (под командованием капитана герцога Веллингтона, которого все называли Морни по его прежнему титулу — лорд Морнингтон) (имя Морни встречается даже в документах отряда. м.К.) 

Я пытался связаться с Веллингтоном по рации — он был всего лишь метрах в 275 от меня. Мой штаб практически всегда находился на передовой, откуда я легко мог докричаться до своих людей. Морни был очень спокойным и скромным парнем для человека с титулом, особенно герцогским. Большинство титулованных особ казались мне занудными, но только не он, ни капли не высокомерный. 

Итак, я связался с радистом и сказал: «Дайте капитана герцога Веллингтона». А он ответил: «Он не может подойти к телефону, сэр»

«Почему нет, он ранен?» — спросил я. 

«Нет, не ранен, но никто не может двинуться… нас мощно атакуют. Думаю, могут смять». 

Я приказал ему крикнуть герцогу и сказать, что полковник приказал отступать. Минут через двадцать 2я рота вернулась, и я сказал: «Слава богу, Морни, вы дома. Как понимаю, вы пережили страшное».

«Не слишком», — ответил он и объяснил, что его радист — немного паникер (дословно – алармист). Морни добровольно вызвался вернуться на позицию, чтобы закрыть образовавшуюся брешь. Он остался лишь выпить чашку чая и повел роту назад. За это время немцы немного продвинулись, и почти сразу же герцог Веллингтон был застрелен немецким офицером. Как выяснилось позже, они выстрелили одновременно, убили друг друга и были похоронены в одной неглубокой могиле.

Вечер 15 сентября 1943г., незадолго до атаки на холм Пиголетти. Джек Черчилль крайний справа, в каске и с клеймором, выслушивает приказ командующего 10го корпуса генерал-лейтенанта Дика МакКрири, с кружкой чая - подполковник Клегхорн, командир 9го б-на Королевских Фузилеров.
Вечер 15 сентября 1943г., незадолго до атаки на холм Пиголетти. Джек Черчилль крайний справа, в каске и с клеймором, выслушивает приказ командующего 10го корпуса генерал-лейтенанта Дика МакКрири, с кружкой чая - подполковник Клегхорн, командир 9го б-на Королевских Фузилеров.

На следующее утро я позвонил в штаб Лейкока, поговорил сначала с братом, а затем с Бобом и сказал ему: «У нас была тяжелая ночь и утро, бригадир. Мы понесли большие потери, включая, к сожалению, герцога Веллингтона». 

— О боже, он убит?

— Да, он убит, — подтвердил я. 

— Вы видели тело?

— Нет, у нас нет никаких тел. Мертвые похоронены на месте. Его парни сразу же его похоронили

— Тогда откуда вы знаете, что он убит? 

— Ну, все так говорят, совершенно очевидно, что он убит. 

— Ну, я не могу занести герцога в список убитых, — сказал Боб. — Я запишу его в пропавшие без вести. 

Послушайте, бригадир, если вы так поступите, то его мать, герцогиня, и его сестра Анна будут надеяться, что он когда-нибудь вернется, а это невозможно. Он мертв, мертв. 

— Как вы можете это утверждать, если не видели труп? 

— Но я же сказал, старина, я абсолютно уверен. У меня есть свидетели. 

Лейкок все же решил солгать: Нет, я объявлю его пропавшим без вести. Я буду выглядеть полным идиотом, если через пару месяцев окажется, что он в плену

— Послушайте, бригадир, я все равно напишу его матери, герцогине, и сестре о его гибели и объясню, почему вы объявили его пропавшим без вести, только я уверен, что он мертв

Лейкок согласился: «Ладно. Если хотите, пишите. Вы — его командир». В общем, я написал им обеим, но это еще не конец истории.

Я не слышал, чтобы кто-нибудь хотел узнать подробности о смерти герцога, ни единого писка. Но потом случилось курьезное совпадение: в Сицилии оказался дядя Морни, Джеральд Уэлсли, и наследник титула, так как Морни не имел ни братьев, ни сыновей. Уэлсли входил в  AMGOT -Союзное военное правительство на оккупированных территориях, более известное, как «Древние военные джентльмены в большом туре» (Тоже AMGOT, и опять намек на развлекательные поездки по Европе. м.К.) Семья Морни давно не общалась с ветвью Уэлсли, даже несмотря на то, что титул должен был уйти им, пока Морни не произвел на свет наследника, что и случилось.

И вот, когда я вернул № 2 на Сицилию, вдруг объявляется Уэлсли, и я имел неудовольствие информировать его, что он теперь герцог Веллингтон. И это еще не конец истории, потому что Боб Лейкок стал досаждать мне, узнав о появлении Уэлсли. Он хотел, чтобы я нашел и опознал тело Морни, дабы не ставить человека, принявшего титул, в дурацкое положение, если настоящий герцог Веллингтон найдется живым и здоровым в Кольдице (знаменитый замок-лагерь для особо важных пленных. м.К.) или еще где-нибудь. 

Конечно, я знал, что это не так, но все же вернулся в Салерно с «похитителями трупов» (похоронной командой) с их мешками из оберточной бумаги. Мы раскопали могилы на поле боя, где был убит Морни, и нашли разлагающиеся трупы, один из которых однозначно опознали как герцога по зубному протезу, и другим вещам, типа трубки и кольца. Я сказал: «Это Веллингтон, — и санитары пометили его мешок. — А это гуннский офицер». Они пометили второй мешок. Так закончилась сага герцога Веллингтона. В то утро случилось еще кое-что интересное: нас, наконец, догнала почта, побывавшая почти в пяти разных местах, и из первого же своего письма я узнал, что принят в MCC (Мерилебонский крикетный клуб)».

Вместе с командиром роты тогда погиб и ротный сержант-майор Линдсей Гарланд, участник рейда в Сен-Назер в 1942г. 

Такова версия Джека Черчилля. Журнал №2 коммандо указывает причиной смерти герцога ручную гранату. Еще одна версия – пулеметная очередь из «Шпандау», когда капитан Веллингтон возглавлял атаку, каска была пробита в 3 или 4 местах. 

Как уже говорилось, титул Герцога Веллингтона перешёл к другой ветви; сестра Генри, Анна, стала 7й герцогиней де Сьюдад-Родриго. Лейтенант (временный капитан) герцог Веллингтон, личный номер 56864,  оставил состояние почти в 91 тысячу фунтов (свыше 4 млн. современных) и получил посмертное Упоминание в приказе. Похоронен в Салерно.


Во время битвы за Крит 1941г. произошла история трех братьев – потомков маршала Блюхера. Графы Блюхеры – обер-лейтенант Вольфганг (24 года),  ефрейтор Лебрехт (19), егерь Ганс-Йоахим (17) служили в 1м парашютно-егерском полку, высаживающимся в Восточной зоне. Задачей группы «Орион» был захват Ираклиона и его аэродрома. Пока главные события битвы происходили на западе острова, оборона Ираклиона греками и британцами первые дни была довольно успешна, а для немцев, наоборот, катастрофична. 

Обер-лейтенант граф Вольфганг фон Блюхер, командир 3го взвода 2й роты 1го батальона 1го парашютно-егерского полка, прыгал во второй волне. Посадка в самолеты началась примерно в 17-18 часов (то есть в 18-19 по английскому времени). 2я рота должна была захватить радиостанцию в Гурнесе ( 2км к востоку от Ираклиона), но была выброшена в 7 км (прибрежная дорога рядом с перекрестком дороги в Гувес) и смогла присоединиться к основным силам батальона только к вечеру. Блюхер как офицер прыгал первым в своем самолете. Для него это был второй боевой прыжок. Первый – в Голландии, для захвата мостов Дордрехта, за что он получил рыцарский крест и повышение в обер-лейтенанты, особенно командование отметило его и его бойцов мастерство быстрых перебежек. Для других братьев это был первый прыжок и бой. 

Главная задача 1го батальона была выйти к аэродрому. Командир батальона Бройер приказал взводу Блюхера (примерно 30 человек) двигаться вперед к аэродрому как авангард и установить связь с захватившими его, как они думали, десантниками 2го батальона. 

На пути был Восточный холм (Агиос Иоаннис). Днем его было бы хорошо видно, но не ночью, к тому же не знающим местности немцам. Столкнувшись с препятствием, парашютисты нашли, тем не менее, относительно легкий подъем неподалеку  от дороги. Используя «кроличью» тактику быстрых перебежек от укрытия к укрытию они достигли вершины холма и продолжили движение к аэродрому. Темнота сыграла с ними злую шутку. Она прикрывала их передвижение, но и они сами не видели, что находятся среди британских позиций! 

Восточный холм на самом деле был важной частью обороны Ираклиона и занят 2м батальоном знаменитого шотландского полка Черная Стража

Еще с 9 мая здесь окопались Штабная и роты А, В и D. Заграждения колючей проволоки, минометный взвод, многочисленные пулеметные точки и 5 БТР «Universal Carrier». При этом немцы были настолько убеждены в отсутствии противника, что даже когда заметили темные фигуры впереди, сами окликнули их, подумав, что это люди Буркхардта. В ответ раздались выстрелы и заиграла волынка Билла Ларка. 

Черная Стража в Ираклионе, незадолго до вторжения, 1941г. Билл Ларк 3й слева. Справа - Билл Ларк на 60й годовщине битвы, Ираклион, 2001г.
Черная Стража в Ираклионе, незадолго до вторжения, 1941г. Билл Ларк 3й слева. Справа - Билл Ларк на 60й годовщине битвы, Ираклион, 2001г.

Парашютисты залегли, окапываться в скалистом грунте было почти невозможно, а перекрестный огонь (включая зенитные 40мм Бофорсы с аэродрома) не давал отойти – ловушка. С другой стороны, с их позиций была видна взлетная полоса, а задание и было как раз захватить воздушную базу Ираклиона. Всю ночь шотландцы слышали, как джерри пересвистываются и перекликиваются, уточняя свое местоположение. В ответ волынщик продолжал играть, поднимая боевой дух джоков и запугивая врагов.

Схема местности и современное фото того места. Хорошо виден аэропорт Ираклиона.
Схема местности и современное фото того места. Хорошо виден аэропорт Ираклиона.

Тем временем, Бройер решил атаковать и стал собирать все, что у него было. Выдвигаясь из района Гурнес, тяжело нагруженные парашютисты подвергались нападениям греческих войск и местных жителей.  

Атака началась с утра, немцы атаковали небольшими группами, больше сил просто не было, как и поддержки тяжелого оружия. Главный козырь – авиация - в этот день в районе Ираклиона не использовался. Хорошо укрепленные позиции оказались неприступными, к тому же британцы несколько раз контратаковали «Матильдами», не говоря об артиллерийской поддержке трофейными 75мм итальянскими пушками и минометами. 

Если же говорить о группе Блюхера, то с утра стало ясно, что это лишь несколько человек. Шотландцы стали окружать их под прикрытием огня и вскоре подобрались на расстояние 50 метров. Парашютисты скребли скальный грунт касками и руками, пытаясь выкопать себе укрытия. Блюхер послал вестового Бройеру с просьбой о подкреплении. Его имя обозначено как С., возможно это Б. Шленски. В любом случае, тот сумел выбраться из огневого мешка дважды - туда и обратно, и вернулся с приказом держать позиции и ждать подмоги.

В конечном итоге, к полудню 21 мая  все атаки немцев захлебнулись. Максимум чего добилась одна рота – приблизиться на 150 метров к британским позициям. Потери захватчиков были громадными – англичане с господствующих высот хорошо просматривали и простреливали все подходы. Стало ясно, что взвод Блюхера обречен, ближайшие убитые лежали не ближе 200м от него. 

В этот момент произошел знаменитый, но спорный случай. В описаниях он выглядит так. Внезапно появился скачущий всадник с патронными ящиками, неудержимо подгонявший свою лошадь, все были в шоке и даже замолкли, но потом началась стрельба и пуля сразила его. Часто уточняется, что таинственный всадник почти сумел доскакать до отрезанного взвода. Рискуя жизнью, один из парашютистов-егерей подполз к нему и узнал младшего из братьев, Ганса Иоахима. Энтони Бивор еще и добавляет, что после войны местные жители, пасущие коз, видели на этом месте призрак всадника на коне. 

Проблема в том, что есть воспоминания неизвестного парашютиста, который описывает смерть Ганса совсем по-другому – он был вестовым при своем взводном и получил пулю в легкое. Бледнея на глазах, он дважды пытался что-то сказать и умер через полчаса. Во-вторых, за тысячи лет Крит поливался тоннами крови минойцев, дорийцев, древних греков, римлян, византийцев, арабов, венецианцев, турок, современных греков…  Даже французские мушкетеры и русские войска отметились. И округляя, половина из погибших были те, для кого Крит – родина. Защитники, или хотя бы союзники. С чего бы призраком становиться оккупанту, который пробыл на острове менее суток. Характерно, что греки, рассказавшие эту легенду, сами считали его английским офицером. 

Тем временем у людей Блюхера кончались боеприпасы, он сам подобрал английский автомат. Оставалось 18 человек, 11 из них ранены. Немцы поняли, что шансов спастись нет, и были готовы сдаться. Считается, что в этот момент и погиб обер-лейтенант Блюхер, получив пулю в голову. Одновременно рядом с ним разрывом убило обер-ефрейтора Голлвека. Обер-фельдфебель Шнайдер стал размахивать белым платком на стволе автомата. 

Герхард Бродер был в нескольких сотнях метров и видел сдачу в бинокль: «Англичане устроили оборонительные позиции очень тщательно, так что было практически невозможно приблизиться к ним и, тем более, победить лишь с пехотным оружием. Враги достигли дистанции броска гранаты, и парашютисты больше не могли удерживать свои позиции. Граф Блюхер не пожелал поднять руки вверх. Он стоял отдельно, скрестив их на груди, как защиту, со своими белыми блондинистыми волосами. Он тотчас же получил смертельный выстрел в голову».

В журнале 2го батальона Черной Стражи следующие записи могут быть отнесены к описанным событиям.

«21 мая, 00.40. Одиночный выстрел возле наблюдательного пункта Командования. 

… 10.52. Враги пытаются достичь восточного края аэродрома.

11.30. «И-танк» (И - пехотный, так часто называли «Матильду» в документах) движется вниз по ущелью…

12.15. Приказ одному танку выдвинуться к Восточному Вади (долина Картерос)

14.35. Штабная рота сообщает об отступлении врага по фронту.

15.10. Приказ роте В уничтожить пост, организованный неприятелем на северном конце Восточного Холма. Предполагается (что, это) небольшая группа с легкими пулеметами.

15.16. Рота В запрашивает минометную поддержку атаки поста на северном конце. Информирует нас, что два отделения уже окружили его и используют EY (вражеские) винтовки. 

15.40. Рота В захватила вражеский MG-пост над ущельем, захватив 20 пленных». (Время подтверждается и немецкими рапортами, в которых указано время сдачи 14.30 – берлинское и лондонское время отличаются на час) 

Из воспоминаний британского лейтенанта Джеральда Барри:«На заре они организовались, более или менее, и попытались атаковать нас с фронта. Мы отбили их, вновь убив многих из них. Некоторое количество спаслось на холме позади нас, и взвод роты В был послан разобраться с ними. К сожалению, они столкнулись с сильным огнем и понесли тяжелые потери, я слышал, около 10 человек, и потерялся Твиди». По другой версии, лейтенант Джордж Твиди погиб спустя 2 часа. 

Вверху слева и внизу справа - учения после Голландии - лейтенант Блюхер во главе своего взвода. Два великана впереди -Голлвек и Мёллер, оба погибнут на Крите. Вверху справа - подъем с дороги на холм. Внизу слева - первоначальная могила Блюхера и Голлвека, возможно это была шотландская стрелковая ячейка, ее остатки сохранились и доныне. Бруно Бройер - на нижнем правом фото слева - за военные преступления на Крите будет казнен в 1947г.
Вверху слева и внизу справа - учения после Голландии - лейтенант Блюхер во главе своего взвода. Два великана впереди -Голлвек и Мёллер, оба погибнут на Крите. Вверху справа - подъем с дороги на холм. Внизу слева - первоначальная могила Блюхера и Голлвека, возможно это была шотландская стрелковая ячейка, ее остатки сохранились и доныне. Бруно Бройер - на нижнем правом фото слева - за военные преступления на Крите будет казнен в 1947г.

Во время оккупации Крита холм был переименован в Блюхерсберг. 

Первоначальную историю, породившую миф, рассказал вечером 29 мая обер-фельдфебель Шнайдер, сразу по окончании битвы, когда торжествующие захватчики и освобожденные пленные обменивались своими рассказами. Лишь много лет спустя другой участник событий Бруно Шленски рассказал всю правду – обер-лейтенант был убит, когда они сдавались. Остальных отвели на кладбище Агиос Константинос к югу от Ираклиона, по дороге к Кноссу, раненных отвезли в госпиталь на виллe Ариадна (резиденция знаменитого археолога и открывателя Кносского дворца Артура Эванса). Пятеро из взвода прятались в скалах 8 дней, пока их не нашли. Пленные дождались окончания битвы и эвакуации британцев. С собой их не взяли, убивать тоже не стали, фактически их отпустили, оставив на острове. Убитых, по сложившемуся обычаю, похоронили на месте гибели. 

Остается красивая (слишком красивая) и романтическая  история о брате на лошади с боеприпасами. Она также была рассказана Шнайдером и попала в пропагандистскую книгу «Sprung über Kreta» 1944г. И она не подтверждается другими источниками. Могила Ганса Иоахима была в 300м от позиций Вольфганга, в тех условиях это означало, что там он и был, когда погиб. Больше совпадений может быть, если предположить, что речь идет об обер-фельдфебеле Эрнесте «Малыше» Мёллере. Мёллер остался в Гурнесе для сбора людей, пока его взвод ушел к аэродрому. Потом он пытался присоединиться, но был застрелен неподалеку от их позиций, у подножия холма при сходе с Картеросской дороги. Это подтверждается и воспоминаниями, и фотографией его могилы (кстати, с пробковым шлемом). В общем, если что-то подобное имело место – то скорее это был Мёллер.

В разных книгах иногда встречается путаница, кто из оставшихся двух братьев пропал без вести. С учетом немногочисленных воспоминаний и общей тактической обстановки, это должен быть средний брат Лебрехт.  Он входил в состав 7й роты 2го батальона 1го полка . 6я и 7я роты прыгали западнее аэродрома и, вероятно, являются самыми несчастливыми из всех, будучи почти полностью уничтоженными. 7я рота перестала существовать вообще за 20 минут. Самолеты сбивались, горели в воздухе, падали в море. В виноградниках шли многочисленные одиночные столкновения, атаки и контратаки, большие потери с обеих сторон, тела закапывались в братские или неподписанные могилы, оставались ненайденными. 

К сожалению, греки и англичане не смогли развить успех в решающие первую ночь и день, и полностью уничтожить силы захватчиков, хотя в целом в районе Ираклиона бои шли относительно успешно, и эвакуация прошла получше, чем на юге острова. Но это уже другая история. Пожалуй, об обороне Ираклиона с греческой точки зрения, возможно, стоит как-нибудь поговорить отдельно. 


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened